причастия действия
Когда долго едешь на велосипеде по лесной дороге, то и дело слезая и перетаскивая его на себе через залитые водой колдобины, со скрипом (в том числе зубовным) взбираясь на горки (хочу маунтенбайк!), а потом с выражением детского восторга на лице скатываясь с них, отпустив педали, с лету перепрыгивая через лужи, которые еще пять минут назад казались непреодолимыми (потом только замечаешь, что ноги по колено в грязи), и наконец выезжаешь на относительно ровную проселочную дорогу, то кажется, что самое сложное уже позади, и дальше все будет просто и быстро.

Потом понимаешь, что переключаться на вторую скорость еще рано, самый "Париж-Дакар" еще только начинается - дорога, которая при финнах, видимо, была асфальтовой, теперь покрыта неровным слоем песка и гравия, горки на ней вдвое выше, чем в лесу, и вдобавок на открытой местности, оказывается, дует довольно сильный ветер (в лицо, естественно); проезжающие машины поднимают такую тучу пыли, что каждый раз хочется залечь в канаву на обочине и несколько минут не поднимать головы.

И только когда, сжав зубы до потемнения в глазах, чувствуя себя героем мультфильма "Трио из Бельвилля" (в ушах звучит насмешливо-восторженный голос телекомментатора - "посмотрите, какое страдание на этих лицах!"), въезжаешь наконец на последнюю, самую высокую и крутую горку, и потом несешься с нее вниз, вцепившись в руль с такой силой, что потом долго болят пальцы (дорога здесь наклонена не только вперед, но и вбок, и, кажется, осыпается прямо у тебя под колесами), и вдруг видишь прямо перед собой табличку с надписью "Богатыри" - понимаешь: это про тебя.

А дальше уже асфальт.